В литературе и кино много успешных трилогий, в которых третья часть ничем не хуже первой. Так, 80-метровая яхта Al Reem — третий и последний корпус в трилогии Bilgin 263 — закрывает серию, начатую Tatiana и продолженную Leona. Причем закрывает рекордно — третий корпус прибавил в объеме валовой вместимости почти 100 гросс-тонн, подняв планку до 1758 GT, и при этом ни на узел не потерял в скорости
Строилась Al Reem с одной сверхзадачей — стать оазисом для владельца, который ценит тишину, чистоту пространства и близость к морю. На семейной турецкой верфи проект с самого начала носил неофициальное название Project Silence. Владелец хотел изоляции от шума, вибрации и даже запахов. К акустике привлекли специализированных консультантов, которые замеряли уровни в каждом помещении отдельно: массажный кабинет, каюты, гостевые зоны — у каждого пространства свои важные показатели. В результате на мостике, по словам капитана Роберта Франича, двигателей не слышно вовсе. Здесь настолько тихо, что приходится полностью полагаться на приборы.
Задача перед студией Unique Yacht Design стояла непростая: добавить почти сотню гросс-тонн к уже готовой формуле, но при этом сохранить ее элегантные пропорции. Надстройка была полностью перепроектирована: линии стали более плавными и текучими, чем у сестринских судов, а «лишний» объем спрятался в обводах. Мачта, намеренно увеличенная на 20%, задала характер силуэту.
Серебристая линия в надстройке на фоне светлого корпуса при определенном освещении почти исчезает, как будто это секретный код, написанный чернилами, которые проявляются только от тепла свечи. Ночью эффект другой: световой тоннель вокруг главного салона в центральной части яхты делает ее прозрачной изнутри — яхта буквально светится.
Нос у Al Reem чистый, острый, собранный. Корма — совсем другой разговор. Линии корпуса здесь сложносочиненные: у свесов палуб загнутые углы, объем нарастает уровень за уровнем. Мускулистая, насыщенная деталями корма контрастирует с аскетизмом носовой части так резко, что кажется, будто смотришь на две разные яхты.
В Турции строят немало впечатляющих яхт; темп и качество исполнения заметно выросли за последнее десятилетие. У Al Reem есть свое лицо, но взгляд опытного человека уловит родство. Радарная арка перекликается с Go верфи Turquoise. Впрочем, есть и влияние нидерландцев. Смелые акценты, которые особенно эффектны с высоты птичьего полета (как, например, стеклянные люки, что наполняют светом апартаменты владельца), отсылают к 110-метровой Kaos, спроектированной Игорем Лобановым, и 90-метровой Luna бразильского дизайнера Луиса де Басто. Но это, безусловно, совершенно новое прочтение и модели Bilgin 263, и турецкой 80-метровой яхты, и всего остального.
Вот уже третий раз над Bilgin 263 работает британская студия H2 Yacht Design. Ее основатель Джонни Харшфилд учился у лучших — Мартина Фрэнсиса и Дональда Старки. Да и ориентировался на легенд: в пример самому себе неизменно ставил австралийца Джона Баненберга. За плечами у него много разных супер- и мегаяхт, в том числе 72-метровая Quantum of Solace верфи Turquoise. Знаменитая яхта совсем не похожа на Al Reem характером. Но когда оказываешься на борту, что-то неуловимо знакомое в воздухе — то самое ощущение, что ты на яхте с наивысшим уровнем гостеприимства, где каждая деталь на своем месте. Это почерк студии. Узнаваемый, даже когда яхты совершенно разные.
Материалы по всему судну подобраны с большим вниманием к происхождению — натуральный камень, органические матовые породы дерева, декоративное стекло, кожа, мозаика. При этом никакой одной доминирующей детали нет, все работает в системе. То же и с освещением. Слоистые световые ниши в стенах, на потолке, в полу, когда нужно, остаются незаметными и выходят на первый план, как только приходит их время.
Задача перед студией Unique Yacht Design стояла непростая: добавить почти сотню гросс-тонн к уже готовой формуле, но при этом сохранить ее элегантные пропорции. Надстройка была полностью перепроектирована: линии стали более плавными и текучими, чем у сестринских судов, а «лишний» объем спрятался в обводах. Мачта, намеренно увеличенная на 20%, задала характер силуэту.
Серебристая линия в надстройке на фоне светлого корпуса при определенном освещении почти исчезает, как будто это секретный код, написанный чернилами, которые проявляются только от тепла свечи. Ночью эффект другой: световой тоннель вокруг главного салона в центральной части яхты делает ее прозрачной изнутри — яхта буквально светится.
Нос у Al Reem чистый, острый, собранный. Корма — совсем другой разговор. Линии корпуса здесь сложносочиненные: у свесов палуб загнутые углы, объем нарастает уровень за уровнем. Мускулистая, насыщенная деталями корма контрастирует с аскетизмом носовой части так резко, что кажется, будто смотришь на две разные яхты.
В Турции строят немало впечатляющих яхт; темп и качество исполнения заметно выросли за последнее десятилетие. У Al Reem есть свое лицо, но взгляд опытного человека уловит родство. Радарная арка перекликается с Go верфи Turquoise. Впрочем, есть и влияние нидерландцев. Смелые акценты, которые особенно эффектны с высоты птичьего полета (как, например, стеклянные люки, что наполняют светом апартаменты владельца), отсылают к 110-метровой Kaos, спроектированной Игорем Лобановым, и 90-метровой Luna бразильского дизайнера Луиса де Басто. Но это, безусловно, совершенно новое прочтение и модели Bilgin 263, и турецкой 80-метровой яхты, и всего остального.
Вот уже третий раз над Bilgin 263 работает британская студия H2 Yacht Design. Ее основатель Джонни Харшфилд учился у лучших — Мартина Фрэнсиса и Дональда Старки. Да и ориентировался на легенд: в пример самому себе неизменно ставил австралийца Джона Баненберга. За плечами у него много разных супер- и мегаяхт, в том числе 72-метровая Quantum of Solace верфи Turquoise. Знаменитая яхта совсем не похожа на Al Reem характером. Но когда оказываешься на борту, что-то неуловимо знакомое в воздухе — то самое ощущение, что ты на яхте с наивысшим уровнем гостеприимства, где каждая деталь на своем месте. Это почерк студии. Узнаваемый, даже когда яхты совершенно разные.
Материалы по всему судну подобраны с большим вниманием к происхождению — натуральный камень, органические матовые породы дерева, декоративное стекло, кожа, мозаика. При этом никакой одной доминирующей детали нет, все работает в системе. То же и с освещением. Слоистые световые ниши в стенах, на потолке, в полу, когда нужно, остаются незаметными и выходят на первый план, как только приходит их время.
На большинстве 80-метровых яхт — если это не Oceanco Constellation 1999 года, разгоняющаяся до 23 узлов, — над всем возвышается сандек: джакузи, шезлонги, нагретая солнцем тиковая палуба с видом на горизонт. У Al Reem сандека нет. Путешествие по палубам — снизу вверх или сверху вниз — заканчивается или начинается на бридждеке. Все палубы соединены круговым лобби с прозрачным лифтом. Выбор не в пользу сандека многое говорит о владельце: он явно предпочитает отдыхать в пляжном клубе у воды, а не загорать на верхотуре. Но это не значит, что мостиковая палуба обделена вниманием. Кормовой салон на этом уровне — одно из самых уютных мест на борту. Шесть световых люков в потолке превращают его в совершенно особенное пространство — живое, переменчивое в зависимости от времени суток и погоды. Открытый лаундж на корме дополняет картину.
На яхте размера Al Reem выделенная палуба владельца — почти аксиома, если только сам владелец не решил иначе. Апартаменты с панорамными окнами выходят на приватный фордек с джакузи, защищенный от ветра прозрачными леерами. За леерами жизнь продолжается: большой тиковый фордек по вечерам легко превращается в кинотеатр под открытым небом. И он может быть очень уединенным, если так решит владелец яхты.
Остальное пространство палубы выстроено с ясной логикой: кабинет, салон, открытая обеденная зона, лаундж с диванами. И большой обеденный стол для совместных ужинов с семьей и гостями. Владелец не изолирует себя, он просто выбирает, когда и с кем быть рядом. Кремовая кожа, шелковые ковры, органические породы дерева — философия «оазиса» считывается здесь отчетливо.
Носовая часть главной палубы отдана двум равнозначным VIP-каютам. От лобби и других гостевых зон они отгорожены длинным коридором. Эта защищенность от остального пространства яхты не случайна. Угадывается семья: дети, родители, самые близкие, чей комфорт в приоритете. Теоретически здесь могло бы быть четыре каюты, но их две.
По другую сторону лобби — обеденная зона на 16 человек с мраморным столом и главный салон с колоннами из полированной нержавеющей стали. Атмосфера в салоне настолько торжественная, что, кажется, такому лобби позавидовали бы многие пятизвездочные отели. Телевизор опускается с потолка только по запросу — и это тоже часть концепции: ничто не должно нарушать вид, ведь взгляд гостя, сидящего в салоне, должен касаться самой кормы.
В кормовой части — мозаичная джакузи, больше той, что на палубе владельца. Пол у бассейна прозрачный: одновременно и огромный световой люк для бич-клаба уровнем ниже, и просвет для купальной платформы.
Владелец попросил поставить искусство на первое место. Так на границе главного салона и открытого лаунджа на корме появилась скульптура женщины во время прыжка в воду от молодого французского автора Пола Сибует.
Уровень работы с материалами был тоже выведен на высоту — достаточно взглянуть на дневной туалет на этой палубе. Он сам по себе произведение искусства: камень, свет, детали. Ванные комнаты при VIP-каютах идут еще дальше: в каждой установлено по прозрачной ванне.
Обычно пляжный клуб по смыслу совпадает с домом типа кабана у самой воды: открытое помещение с прямым выходом к морю. Здесь идея другая. Бич-клаб Al Reem выстроен вокруг большого крытого бассейна с морской водой, отделанного мозаикой в серо-голубых тонах. Высокий потолок задает масштаб — это не компактная зона для релаксации, а полноценное пространство курортного отеля, только на воде.
Места для загорания здесь — отдельная история. Чувствуется, что авторы этого интерьера — настоящие эксперты в санбедах самых разных конфигураций и эстетик. Лестница, ведущая из бич-клаба наверх, в главный салон, — тоже сама по себе арт-объект. Яркая, неожиданная, она притягивает взгляд еще до того, как успеваешь понять, куда идешь.
По левому борту на миделе нижней палубы — домашний кинотеатр. По правому — большой спортзал.
В носовой части нижней палубы, по другую сторону машинного отделения, — три гостевые каюты, включая одну VIP на правом борту. Остальное пространство, а это почти половина палубы, отдано под нужды экипажа. 19 человек команды на 12 гостей — соотношение, которое многое говорит о задуманном уровне сервиса.
У Al Reem есть и техническая палуба — логичная и классическая для яхт такого размера. Технические зоны: нижний уровень машинного отделения, комната для мусора, прачечная с гладильней. Последнее — не деталь для галочки. Яхта создана для жизни на якоре, вдали от марин и берегового сервиса. Капитан говорит об этом прямо: Al Reem не для портов. Действительно, запас хода свыше 6000 морских миль на 11 узлах открывает маршруты, которые большинству яхт этого класса недоступны: Индийский океан, Мальдивы, Сейшелы — без лишних промежуточных остановок для дозаправки и закупки провизии.
На яхте размера Al Reem выделенная палуба владельца — почти аксиома, если только сам владелец не решил иначе. Апартаменты с панорамными окнами выходят на приватный фордек с джакузи, защищенный от ветра прозрачными леерами. За леерами жизнь продолжается: большой тиковый фордек по вечерам легко превращается в кинотеатр под открытым небом. И он может быть очень уединенным, если так решит владелец яхты.
Остальное пространство палубы выстроено с ясной логикой: кабинет, салон, открытая обеденная зона, лаундж с диванами. И большой обеденный стол для совместных ужинов с семьей и гостями. Владелец не изолирует себя, он просто выбирает, когда и с кем быть рядом. Кремовая кожа, шелковые ковры, органические породы дерева — философия «оазиса» считывается здесь отчетливо.
Носовая часть главной палубы отдана двум равнозначным VIP-каютам. От лобби и других гостевых зон они отгорожены длинным коридором. Эта защищенность от остального пространства яхты не случайна. Угадывается семья: дети, родители, самые близкие, чей комфорт в приоритете. Теоретически здесь могло бы быть четыре каюты, но их две.
По другую сторону лобби — обеденная зона на 16 человек с мраморным столом и главный салон с колоннами из полированной нержавеющей стали. Атмосфера в салоне настолько торжественная, что, кажется, такому лобби позавидовали бы многие пятизвездочные отели. Телевизор опускается с потолка только по запросу — и это тоже часть концепции: ничто не должно нарушать вид, ведь взгляд гостя, сидящего в салоне, должен касаться самой кормы.
В кормовой части — мозаичная джакузи, больше той, что на палубе владельца. Пол у бассейна прозрачный: одновременно и огромный световой люк для бич-клаба уровнем ниже, и просвет для купальной платформы.
Владелец попросил поставить искусство на первое место. Так на границе главного салона и открытого лаунджа на корме появилась скульптура женщины во время прыжка в воду от молодого французского автора Пола Сибует.
Уровень работы с материалами был тоже выведен на высоту — достаточно взглянуть на дневной туалет на этой палубе. Он сам по себе произведение искусства: камень, свет, детали. Ванные комнаты при VIP-каютах идут еще дальше: в каждой установлено по прозрачной ванне.
Обычно пляжный клуб по смыслу совпадает с домом типа кабана у самой воды: открытое помещение с прямым выходом к морю. Здесь идея другая. Бич-клаб Al Reem выстроен вокруг большого крытого бассейна с морской водой, отделанного мозаикой в серо-голубых тонах. Высокий потолок задает масштаб — это не компактная зона для релаксации, а полноценное пространство курортного отеля, только на воде.
Места для загорания здесь — отдельная история. Чувствуется, что авторы этого интерьера — настоящие эксперты в санбедах самых разных конфигураций и эстетик. Лестница, ведущая из бич-клаба наверх, в главный салон, — тоже сама по себе арт-объект. Яркая, неожиданная, она притягивает взгляд еще до того, как успеваешь понять, куда идешь.
По левому борту на миделе нижней палубы — домашний кинотеатр. По правому — большой спортзал.
В носовой части нижней палубы, по другую сторону машинного отделения, — три гостевые каюты, включая одну VIP на правом борту. Остальное пространство, а это почти половина палубы, отдано под нужды экипажа. 19 человек команды на 12 гостей — соотношение, которое многое говорит о задуманном уровне сервиса.
У Al Reem есть и техническая палуба — логичная и классическая для яхт такого размера. Технические зоны: нижний уровень машинного отделения, комната для мусора, прачечная с гладильней. Последнее — не деталь для галочки. Яхта создана для жизни на якоре, вдали от марин и берегового сервиса. Капитан говорит об этом прямо: Al Reem не для портов. Действительно, запас хода свыше 6000 морских миль на 11 узлах открывает маршруты, которые большинству яхт этого класса недоступны: Индийский океан, Мальдивы, Сейшелы — без лишних промежуточных остановок для дозаправки и закупки провизии.
Текст: Анастасия Романова / Фото: Bilgin Yachts